Мнения

Сбились с курса

Пока все спорят о ревальвации, властям стоило бы понять: бизнесу нужен не доллар по 28 или по 24 грн, ему нужна стабильность и прогнозируемость

Пока все спорят о ревальвации, властям стоило бы понять: бизнесу нужен не доллар по 28 или по 24 грн, ему нужна стабильность и прогнозируемость

  

 

Игорь Гуменный, 
бизнесмен, владелец UBC Group,
член совета директоров СУП

 

Давос Давосом, но пришла новая статистика. Во-первых, промышленное производство в декабре прогнозируемо упало на 7,7% по сравнению с декабрем прошлого года. Во-вторых, население страны, согласно электронной переписи, сократилось до 37,289 млн. Исход продолжается.

Мы в целом приспособились к сложившейся ситуации, адаптировались и сократили закупки у украинских поставщиков, они же, соответственно, сократили свое производство. Так работает constructive disruption (созидательное разрушение). Одно рабочее место на таком заводе, как у нас, дает 10–12 рабочих мест в смежных производствах.

Но счастье ревальвации, сильной гривни, буквально разоряет украинских поставщиков. Эти рабочие места теперь загружаются за границей. Мы, например, уже более чем на 90% перешли на импортные материалы. Объясню. В производстве холодильников нужны штампованные детали. Они специфические, их количество и ассортимент растут вместе с выпуском новых моделей. Как правило, мы используем свои штампы и пресс-формы. Но с укреплением курса гривни (если учесть, что товар торгуется на внешних рынках) все внутренние затраты пропорционально подорожали в долларах. Стоимость аналогичных услуг за границей осталась такой же, зачастую даже снизилась. Вот мы и перенесли заказы туда, где дешевле, — вывезли все штампы в Турцию или Китай.

В Минэкономики продолжают ссылаться на теорию Шумпетера и его сonstructive disruption. Мол, слабые и неэффективные уйдут с рынка, а на их место придут новые, операционно эффективные компании. Действительно, созидательное разрушение так и работает, но в современном и открытом мире. В Украине же все, что рушится, останавливается и моментально замещается продуктами иностранных производителей.

Так место украинских поставщиков занимают иностранные. Зачем строить новый завод в Украине, если можно завезти сюда готовую продукцию с действующего предприятия?

Украина стремительно теряет главное — человеческий капитал

Другой пример из практики. Мы используем много стекла и алюминиевого профиля. Сейчас все это проще и дешевле купить за границей. По периметру Украины — в Болгарии, Словакии, Румынии, Чехии, Польше и Беларуси — уже есть масса таких производств. Снова‑таки, зачем их строить в Украине? Если там дешевле, нет проблем с подключением к электроэнергии и прочей инфраструктуре, не говоря уже о стоимости кредитов. А в Украину можно просто завозить готовый продукт.

Правительство должно понимать: когда останавливается или банкротится, допустим, Белоцерковский шинный завод, он выпадает из цепочки поставок и его тут же замещают поставщики из Польши, Турции или Венгрии. В Украине ничего нового не появляется. Вот как в реальной плоскости у нас работает сonstructive disruption.

Укрепление курса гривни на 19% положило все производства с маржинальностью бизнеса в 10–20%, у которых затраты зафиксированы в гривне. Экспорт остановился.

Особенно ситуация ухудшилась у переработчиков молочной продукции. Для них остается только внутренний рынок. Но и здесь все непросто. Укрепление гривни привело к засилью на полках супермаркетов субсидированной молочной продукции из ЕС. Это, в свою очередь, впервые за годы независимости рекордно снизило производство молока — до 9,69 млн т в 2019 году (-3,7%).

С 1991 года наши правительства одно за другим постепенно остановили 60% украинской промышленности, осталось не так‑то и много, чтобы окончательно превратить Украину в аграрное государство. Хотя аграрии, полагаю, тоже не очень счастливы, когда им приходится инвестировать в семена, ГСМ, химию при курсе 28, а урожай продавать при курсе 23–24.

И тут важно подчеркнуть: бизнесу нужен не курс по 28 или 24, бизнесу нужна стабильность и прогнозируемость. Курсовая политика — предмет переговоров между США, Китаем, Японией и ЕС. Однако наше Минэкономики считает, что только рынок должен определять курс. Вот он и определяет. Промышленность падает. Когда правительство и Нацбанк говорят о своих монетарных целях и показателях, таргетировании инфляции, то за всем этим набором теоретических построений стоило бы видеть реальную экономику.

А Украина тем временем стремительно теряет главное — человеческий капитал. Заводы еще можно построить, но если мы потеряем людей, стране ничего не поможет.

Инициативы, озвученные президентом в Давосе, правильные и нужные. Но для того чтобы инвесторы начали вкладывать деньги, нужно решить вопрос с инфраструктурным монополизмом. Предоставить доступ к инфраструктуре хотя бы на уровне наших соседей. Сколько льгот для инвестиций ни давай и какую защиту ни обещай, если нельзя просто подключиться к сетям, чтобы покупать услуги, никто из иностранных инвесторов не будет разворачивать здесь серьезное промышленное производство. А в результате падения промпроизводства, кроме потери человеческого капитала, отъезда рабочих профессий за рубеж, снизится экспорт, налоговые поступления и увеличится дефицит бюджета.