Вопрос недели

Какой должна быть зарплата у министра?

В связи с разгоревшейся общественной полемикой, вызванной высокими выплатами украинским топ-чиновникам, НВ выяснил у соотечественников их мнение на этот счет

В связи с разгоревшейся общественной полемикой, вызванной высокими выплатами украинским топ-чиновникам, НВ выяснил у соотечественников их мнение на этот счет

 

 

Зарплата министра, как и любого руководителя, должна быть тесно связана с успехами в той области, которую он возглавляет. Если речь идет о министре или руководителе центральных органов власти, то вопрос не может рассматриваться без учета общей социально-экономической ситуации в Украине и уровня жизни украинцев. К этому следует добавить еще и морально-этический аспект. Ведь министров, главу правительства, президента и народных депутатов нанимают на работу, чтобы они не только получали высокую зарплату, но и служили народу.

Зарплата должна быть приличной, но не превышать уровень средней по Украине больше чем в пять раз. То есть, если сейчас средняя зарплата в Украине, скажем, 8.000 грн, то зарплата [топ-чиновников] должна быть не более 30–40 тыс. грн. Хотя сейчас некоторые чиновники получают выплаты, которые в сотни раз превышают среднюю зарплату.

Насколько я знаю, зарплата нашего президента составляет около 30 тыс. грн. Но он же держится.

Леонид Кравчук,
первый президент Украины

 

По данным [аудиторско-консалтинговой компании] Ernst&Young, в 2018 году средняя зарплата руководителя предприятия в Киеве составляла 200 тыс. грн. Примерно в диапазоне 150–200 тыс. грн я и вижу зарплату министра, тогда как для заместителя это может быть 100–150 тыс. грн, для руководителя департамента или директората — 70–100 тыс. грн. Около 100 тыс. грн может быть зарплата депутата Рады.

Наше исследование показывает, что именно чиновникам высшего уровня мы недоплачиваем в разы, тогда как зарплаты исполнителей не сильно отличаются от схожих должностей в бизнесе. Но при этом никаких премий и доплат — оценить эффективность работы политиков и чиновников почти нереально.

Если же мы требуем от политиков и чиновников работать за зарплату заведомо ниже рыночной, мы или подталкиваем их к коррупции, или, по сути, вводим имущественный ценз, закрывая дорогу в политику для тех, у кого нет бизнеса или больших сбережений.

Глеб Вышлинский,
исполнительный директор Центра экономической стратегии

 

На госслужбу идут точно не с целью зарабатывать. И для многих чиновников низшего и среднего звена работать на государство — их сознательный выбор, призвание, возможно, даже миссия.

Рассуждая о зарплатах чиновников, нельзя не учитывать состояние экономики и уровень жизни среднестатистического гражданина страны.

Безусловно, чиновники должны достойно жить, а не выживать. И государство должно им в этом способствовать. К примеру, нематериальными стимулами — гос­обеспечение (жилье, страховка, соцпакет и т. д.).

А вот топ-менеджеров, которые пришли на госслужбу из бизнеса, следует рассматривать как кризис-менеджеров. Они пришли выполнить важную конкретную задачу за короткий промежуток времени. Думаю, оплачивать работу такого системного менеджера на госслужбе нужно также, как и в бизнесе.

Елена Макеева,
глава совета директоров Аудиторской фирмы Аксенова и партнеры GGI, в прошлом — замминистра финансов Украины

 

Я не понимаю, как оценивать работу чиновников: министров и других сотрудников министерств. Какие у них kpi, что для них показатели эффективности труда? Прибыль? Рост чего‑либо хорошего? Степень ответственности — это понятно, как и слова-определения к зарплате: “конкурентная” или “достойная, чтоб не воровал”. Но к чему привязаться, я не знаю. Сегодня у тебя 70 или 100, или 150 тыс. грн. А вот что‑то такое покажешь — и у тебя будет 500 тыс. грн?

Максим Лазебник, 
директор Всеукраинской рекламной коалиции

 

Думаю, нормальная зарплата [министра] должна быть эквивалентна $ 2–3 тыс., то есть не менее 50–75 тыс. грн. При этом не надо играть в популизм и говорить, что все должны получать 15 тыс. грн, — это неправильно. Но когда эти суммы становятся больше 100 тыс. грн, то это, очевидно, перебор.

Я понимаю, что эти выплаты [о которых все говорят] были в конце года, но для украинцев это выглядит так, будто министры выписали себе такие суммы авансом. Когда результатов практически еще нет, а премии уже есть.

Не думаю, что министры должны 100 % сравнивать [свои зарплаты] с частным сектором. В конце концов, и за рубежом в частном секторе получают больше, чем на госслужбе. Государственная служба — это определенные социальные гарантии, статус и т. д.

Если говорят, что высокие зарплаты помогут преодолеть коррупцию, то здесь должны работать две вещи: зарплата не должна быть слишком заниженной, но при этом обязательно должна быть неотвратимость наказания.

Евгения Кравчук,
народный депутат, замглавы фракции Слуги народа

 

Во Франции все министры, за исключением премьера, получают поровну — 9.940 евро до вычета налогов. И только зарплата премьер-министра составляет 14.910 евро. Это, конечно, в разы больше, чем зарплата учителей или, например, полицейских. Но при этом здесь пристально следят и за каждым потраченным государственным евроцентом.

Вспомните прошлогодний скандал с министром экологии Франции Франсуа Де Рюжи. Он неосторожно накормил гостей омарами и напоил коллекционным вином, а кто‑то из добрых гостей снял это себе в сториз. И чиновнику пришлось уйти в отставку.

Ирена Карпа,
экс-первый секретарь по вопросам культуры посольства Украины во Франции, писательница, лидер группы Qarpa

  

Не может менеджер, управляющий миллиардными потоками, зарабатывать $ 1 тыс. Это прямая дорога к коррупции и дерибану. Если говорить о суммах, думаю, от $ 10 тыс. до $ 50 тыс. — это адекватная зарплата, чтобы у человека не было соблазнов. Но если [государственный] менеджер не дает результата, с ним нужно прощаться сразу, не затягивая решение.

Андрей Худо, 
глава набсовета Холдинга эмоций !Fest (креативные проекты и рестораны, в том числе львовская Криївка)

 

Во всем мире в политику [и на госслужбу] идут не за деньгами. Оклады госслужащих всегда ниже зарплат сравнимого уровня менеджеров в компаниях. В политику идут или с молодости по призванию, пройдя все партийные и государственные руководящие должности, или же за славой в зрелом возрасте и с багажом бизнес-опыта.

В Украине почему‑то на госслужбу, как и в политику, идут за деньгами.

Алекс Лисситса,
гендиректор компании ИМК, президент ассоциации Украинский клуб аграрного бизнеса

 

Для главы департамента это должна быть рыночная зарплата. Для министра и его заместителей — наверное, рыночная плата минус 20 %. В конце концов это возможность, которую большинство людей имеют лишь раз в жизни, и здесь не надо конкурировать с рынком. Потому что ты работаешь на страну, а не на свою капитализацию.

Если же говорить об уровне зарплат руководителей государственных предприятий, то там тоже должна быть рыночная зарплата. Но здесь необходимо вводить систему kpi, показатели успеха и подвязывать зарплату под эти показатели.

Я не думаю, что высокие зарплаты помогут побороть коррупцию. На уровне министров они мало влияют на коррупцию. Здесь в первую очередь речь идет о репутации. Поэтому надо смотреть на репутацию [чиновника] до и после назначения, при условии, что за этим пристально следят антикоррупционные институты.

Павел Шеремета,
экономист, экс-министр экономического развития и торговли Украины

 

Зарплата топ-чиновников не может быть ниже, чем среднемировая зарплата топ-менеджеров, иначе нет шансов системно получать качественных кандидатов на руководящие позиции без коррупционной составляющей.

Другой вопрос после введения таких зарплат — это отбор чиновников. Каким образом происходят назначения и попадают ли на государственные должности действительно лучшие кандидаты, или просто назначаются удобные люди на высокие зарплаты?

Так или иначе размер зарплаты руководителей такого уровня не соизмерим с потенциальной пользой или потерями, которые может понести страна от их решений. Поэтому зарплаты должны быть максимально конкурентны с общемировыми и соответствовать компетенциям потенциальных кандидатов.

Артур Михно, 
сооснователь сайта поиска работы Work.ua

 

Известно, в каком режиме обычно работают качественные государственные команды и команды менеджмента госпредприятий. Подобный темп, соответствующие риски и полное отсутствие work-life balance [баланс между работой и личной жизнью] должны адекватно компенсироваться материально.
Убежден, что существующая система низкого вознаграждения чиновников и менеджмента госпредприятий была создана специально для того, чтобы сделать их зависимыми и иметь возможность оказывать на них давление в любой нужный момент. Это необходимо срочно менять, независимо от популистского общественного мнения.

Тимур Бондарев,
адвокат, управляющий партнер юридической компании Arzinger