Люди

Медиабосс меняет профессию

Александр Ткаченко рассказывает об украинском политическом закулисье и эволюции его отношений с Игорем Коломойским

Александр Ткаченко, теперь народный депутат от Слуги народа, а недавно — глава холдинга 1+1, рассказывает об украинском политическом закулисье, эволюции его собственных отношений с Игорем Коломойским и том городе, в который он хочет превратить Киев, если станет его мэром

 

Ольга Духнич,
Иван Верстюк

 

 

С Александром Ткаченко, народным депутатом от партии Слуга народа, а в недавнем прошлом — гендиректором медиахолдинга 1+1 Медиа, НВ встречается на его старом месте работы. Разговор происходит все в том же кабинете руководителя телекомпании, на табличке которого теперь мелом написано: “Президент”, а в скобках добавлено — “почесний”.

Это единственный кабинет такого уровня с приемной в здании телеканала. Где расположился новый гендиректор Плюсов, для НВ остается загадкой. Впрочем, Ткаченко уверяет, что надпись мелом на дверях легко стереть, а то, что кабинет все еще его, — это дань уважения телеканала к его управленческим заслугам.

А они и вправду есть. Все 10 лет под его управлением 1+1 Медиа оставался одним из наиболее влиятельных игроков украинского телевизионного рынка, что и доказал президентский успех Владимира Зеленского. Именно его проект Студия Квартал 95 долго, плодотворно и взаимовыгодно сотрудничал с холдингом, превращая Зеленского в одного из самых популярных людей в стране. А сам Ткаченко не раз называл нынешнего президента своим другом.

Сегодня Ткаченко является не только депутатом и главой парламентского комитета информполитики. Его называют среди очевидных соперников Виталия Кличко в борьбе за кресло киевского мэра, выборы которого, вероятнее всего, состоятся в этом году.

 

Пять вопросов Александру Ткаченко
Пять вопросов Александру Ткаченко

__________________________________________________

— Самая дорогая вещь, которую вы приобрели за последние пять лет?

— Дом.

— Самое необычное путешествие в вашей жизни?

— Их несколько. Первое — Кайлаш, священная гора в Тибете, прошел всю эту дорожку, второе — интервью с Аугусто Пиночетом, потому что оно само по себе было удивительное и драматическое, а происходило в Сантьяго. И, наверное, посещение Норвегии. Это удивительная страна.

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— У меня Range Rover Sport и водитель.

— Самый мудрый человек, с которым вам довелось беседовать в течение жизни?

— Мне повезло их видеть много. И даже некоторые короткие встречи, например, с далай-ламой или с яркими политиками, многому меня учили. Не менее поучительным было общение с Игорем Коломойским.

— Какой тип алкоголя предпочитаете?

— Белое вино, но с нынешней работой я почти не пью.

Именно с этой темы начинается разговор НВ с Ткаченко, сидящим в своем привычном кресле, над которым уже несколько лет висит панорамный снимок киевского Подола.

Ольга Духнич (О. Д.): Когда вы принимали решение идти в депутаты от Слуги народа, президент Владимир Зеленский обещал вам, что со временем вы станете у руля Киева? Такая договоренность была?

— Разговоры были разные, но я бы никогда не подумал идти в политику, если бы не такой уникальный поворот с походом в политику, по сути, коллеги по цеху [Зеленского]. Для меня депутатство — вызов. Я думал, что‑то знаю про политику, будучи политическим журналистом, но, когда пришел, понял, как мало я знаю. И да, мой интерес с тех пор серьезно трансформировался, я стал главой гуманитарного и информационного комитета Рады. При этом судьба Киева для меня — приоритет.

О. Д.: И все же вы были топ-менеджером влиятельного медиахолдинга и вдруг ушли в депутаты. Малопонятный дауншифтинг.

— Давайте посмотрим на это с другой стороны. Я стал главой комитета, у которого достаточно много полномочий. Мы обсуждаем новое законодательство по медиа, которое не менялось с 90‑х годов. Проблемы накопились и по направлениям туризма, религии, по вопросам, связанным с охраной культурных ценностей. От интереса к Киеву я не отказываюсь. Я хочу этого вызова. Но политика — это искусство компромиссов, и просто идти в кампанию, в которой ты будешь участвовать, а не побеждать, мне бы не хотелось, поэтому я сейчас так осторожен в оценках.

О. Д.: Вы говорите, что, став депутатом, поняли, как мало знали об украинской политике. Что вас больше всего удивило?

— Низкий уровень политической зрелости, ответственности и эффективности. Например, в медиа у нас есть определенные KPI (ключевые показатели эффективности). Ты понимаешь своих зрителей и читателей и получаешь немедленный фидбек. Иначе ты неэффективный менеджер и журналист. Здесь этой зоны ответственности нет. Она размыта. И когда я вижу определенных политиков, которые с пеной у рта доказывают явно глупые вещи, даже те, в которые сами не верят, хотя внутри сохраняют гениальное спокойствие, я понимаю, что система манипуляции общественным мнением достигла такого предела, что разговор по сути в принципе возможен крайне редко.

И второй момент, который меня поразил, — политические амбиции, которые заслоняют людям глаза. Они сильно вредят консолидации, возможности договариваться и работать эффективно. Все это стимулировало меня к определенным действиям внутри Слуги народа, к консолидации эффективных решений, которые могут проводить эффективные люди.

 

раст1

ТАЛАНТЫ И ПОКЛОННИКИ: Народный депутат Александр Ткаченко (слева) поясняет, что на поход в политику его вдохновил успех коллеги и друга, а ныне президента Украины Владимира Зеленского (в центре)

Иван Верстюк (И. В.): Кстати, о Слуге народа. Стоит открыть Телеграм — и на тебя сразу сваливается вся эта красота: телеграм-каналы Макса Бужанского и Александра Дубинского. Вы обсуждаете внутри фракции все, что пишут эти ребята, телеграм-канал Черный рыцарь, доносящий якобы инсайды партии?

— Когда началась вся эта жара, я на неделю подписался на Телеграм, и мне с головой хватило, я отписался.

Конечно, во фракции все это обсуждают. Поэтому важно понять, каким образом организовать работу внутри, чтобы эти всплески не разрушали, а, наоборот, помогали фракции консолидироваться в поисках эффективных решений.

О. Д.: И все же упомянутые депутаты — авторы высказываний, которые не добавляют вашей политсиле доверия.

— Да, Бужанский, например, написал пост о том, что хочет отмены закона о языке. Я ему достаточно быстро как глава комитета ответил, что это не в повестке дня, это крайне деликатная сфера, его и так принимали, условно говоря, напряженно. После чего Бужанский подошел ко мне и сказал: спасибо, очень корректно, я все понял. То есть это демонстрация силы диалога. Очень часто вот эти эмоции и эгоцентричная позиция тех, кто сидит под этим страшным куполом, застят им глаза — падает планка и возможность диалога исключается. Я всегда за поиск диалога. И мы будем инициировать диалоговые площадки внутри партии, чтобы примирять разные интересы.

О. Д.: Как складываются ваши отношения с Игорем Коломойским после того, как вы прекратили работу в медиахолдинге?

— Для него стало сюрпризом то, что я пошел в политику. Я ему не говорил об этом своем решении. Не могу сказать, что он был сильно рад. С другой стороны, я признателен за одно важное его качество, которое позволило нам успешно сотрудничать более 10 лет. Он действительно ценит свободу слова. И тот коллектив, который на Плюсах создан за последние годы, в принципе подтверждает эту его сторону.

О. Д.: Часть ваших переговоров с Коломойским стала общественным достоянием. Там ваш бывший работодатель вам, мягко говоря, хамит. Выйдя из отношений субординации с ним, вы облегчение испытали?

— Знаете, эти разговоры надо было бы слышать целиком. Потому что элементы хамства присутствовали и с другой стороны тоже. Мы прошли определенную эволюцию отношений. В последние годы это достаточно уважительные отношения.

И. В.: Коломойский возглавил наблюдательный совет медиахолдинга. Значит ли это, что, поскольку вы депутат, сейчас Коломойский будет напрямую командовать 1+1, попытается вбрасывать свои месседжи о том, что Украине не нужно сотрудничать с МВФ, а лучше объявить дефолт, и что на Донбассе идет гражданская война?

— Коломойский уже был председателем наблюдательного совета в свое время. Это скорее нормальная легализация статуса акционера через наблюдательный совет. Такое существует во многих компаниях, ничего в этом удивительного нет. Другая система взаимодействия акционера с менеджерами, и да, она отличается от той, которая была раньше. Но это же легализация его ответственности, в том числе публичной.

 

раст2

1+1: Бывший гендиректор компании 1+1 Медиа Александр Ткаченко (слева) и его коллега по каналу Александр Дубинский легко обменяли работу на ТВ на депутатский мандат

И. В.: Возвращаясь к Александру Дубинскому. Информация о количестве его квартир и автомобилей вызвала большой резонанс. Действительно ли его доходы и зарплата на 1+1 позволяли вести настолько роскошный образ жизни?

— Он пришел на канал уже состоявшимся человеком, который занимался бизнесом. Из того, что я знаю, у него была какая‑то недвижимость. Я могу говорить о себе, и декларацию свою я подал в прошлом году, хотя такой необходимости не было. Что придется декларировать Дубинскому — это вопрос к нему самому. Но его доходы на Плюсах такой образ жизни не позволяли бы вести. На Плюсах зарплаты среднерыночные.

И. В.: Перейдем к Киеву. Вас называют одним из кандидатов на следующих мэрских выборах в столице, которые пройдут, по всей видимости, в октябре. У действующего мэра Виталия Кличко в городе весьма высокий рейтинг. Как вы собираетесь объяснять киевлянам, что городу нужна смена власти?

— Вопрос не в высоком рейтинге, а скорее в том, что и антирейтинг у Кличко высокий, и он существенно выше рейтинга доверия. И вот этот план Подола с разрушающимся Гостиным двором у меня здесь висит, потому что мне стыдно за город. А мне, как коренному киевлянину, не хотелось бы, чтобы было стыдно.

Вот я сейчас вернулся из отпуска, едешь по городу — серая стена, проезжаешь все эти наши спальные районы, в которых жить тоскливо, а мы во время избирательной кампании много поездили и общались с людьми. И мне очень хочется сделать так, чтобы в городе мог жить мой сын.

Именно поэтому, находясь в новой системе власти я работаю над тем, чтобы заложить фундамент для системных изменений не только в столице, но и в стране в целом.

Саме тому, перебуваючи у новій системі влади я працюю над тим, щоб закласти фундамент для системних змін не тільки в столиці, але і в країні в цілому.

Сейчас гулять в Киеве можно в основном между мусорными баками и машинами

О. Д.: Вы несколько раз заявляли о том, что в Киеве действует некое окно, в которое инвесторы вынужденно заносят деньги за право инвестировать в город. Недавно появилась информация, что мэр города отстранил ключевых коррупционеров от влияния на город. Эффект от таких усилий заметен?

— Вопрос не в конкретных лицах. Вопрос в системе и в ценностях. Единичные случаи — это скорее для замыливания глаз, чтобы отвлечь внимание от реальных проблем и системных нарушений.

Если руководство столицы думает, что на городе нужно заработать, а горожанам пускать пыль в глаза посредством стеклянного моста или какого‑нибудь парка, — это один подход. Если же в приоритете реальные изменения, то это другая история. Я был в Варшаве где‑то три-четыре месяца назад. До этого я был там последний раз лет шесть назад. Город кардинально изменился. Поменялась транспортная система, из провинциального города он становится международным деловым хабом.

То есть за пять-шесть лет возможно изменить судьбу города. Понятно, что там европейские деньги, но у нас есть возможность привлекать инвестиции и мотивированных инвесторов. Нужны честные правила игры.

О. Д.: В Киеве на протяжении многих лет происходит одно и то же: меняется мэр, меняются приближенные к нему стейкхолдеры. Уходит условный Микитась, приходит условный Вавриш. Почему вы считаете, что вам удастся поломать эту систему? Никому пока не удавалось.

— Я успешный менеджер, как вы сами сказали, влиятельного медиахолдинга. Мне идти в политику для того, чтобы продолжать дело, не мною начатое, крайне не хотелось бы, потому что, возможно, и возраст не тот. Мне хочется сделать что‑то важное, за что не было бы мучительно больно и стыдно.

 

раст3

МЕЖДУ ГОРОДОМ И МИРОМ: Народный депутат Александр Ткаченко не скрывает, что уже осенью поборется за кресло мэра Киева с Виталием Кличко

О. Д.: Вопрос даже не в вас, а в застройщиках и смотрящих. Что заставит измениться их?

— Они все, как и олигархи, кстати, когда ты с ними разговариваешь о правилах игры, готовы их признавать. Они не готовы признавать исключений. То есть “этому дала, а этому — не дала”, а именно так всегда и было. Закон один для всех. Если есть нормальные правила, по которым можно работать, им гораздо проще свои бизнес-планы прогнозировать в корректной форме. Это даже в их интересах.

О. Д.: Иными словами, если Киев получит мэра от Слуги народа, никто из киевских застройщиков не будет иметь привилегий перед другими?

— Если это буду я, то никто. Если бы я хотел этими схемами заниматься, я бы пошел в политику, наверное, намного раньше, благо такие возможности всегда были.

О. Д.: Вы много говорите о ценностях, но при этом арендуете особняк на Трухановом острове, а это по генплану — рекреационная зона, и жить там человеку с ценностями как‑то нехорошо.

— Это на самом деле странная история, потому что на острове живут многие киевляне, в том числе известные. И живут, насколько я понимаю, на законных основаниях. Когда мы брали в аренду этот дом, я переспрашивал у владельцев о законности постройки, были показаны бумаги. Но из всех живущих там был выбран один человек — я, чтобы показать, что именно я незаконно владею имуществом. Потом выяснилось, что арендую. Учитывая общественный резонанс, мы вы­ехали из этой резиденции.

О. Д.: И все же, когда вы туда заселялись, вам не показалось странным жить в заповеднике? Речь ведь идет и о букве закона, и об этике?

— Если есть документы, подписанные Киевсоветом, о том, что в этой зоне рекреация и есть спортивная база, на которой могут жить люди, я не вижу в этом проблемы. Не хочу ничего никому доказывать, тем более что это действительно не моя собственность. Меньше всего я хотел бы приносить своим присутствием проблемы людям, которые там остаются жить на законных основаниях, насколько я понял. Но нет худа без добра, зато мы купили дом в коттеджном городке.

О. Д.: Возвращаясь к теме Киева, если говорить о долгой стратегии его развития, этот город для вас — о чем? В чем его главная функция для киевлян, какое место он мог бы занять среди городов Европы?

— Киевляне любят гулять по городу. Я по своему детству на Отрадном помню, что мог спокойно гулять, пройти в парк по соседству, с удовольствием пройти несколько остановок трамвая в направлении школы. Сейчас гулять в Киеве можно в основном между мусорными баками и машинами. Для меня Киев — это город, по которому удобно гулять, и власть должна уважать право киевлян на город.

Что до больших амбиций, то недавно я говорил с управляющей одной из крупнейших гостиничных сетей мира. Она сказала, что у киевлян есть важное качество — гостеприимство. Киев — гостеприимный город, и здесь ценят сервис. У нас завышенные ожидания от системы обслуживания, начиная с медицинских учреждений и заканчивая детскими садиками, дорогами, и эти системы активно трансформируются. Эту особенность можно использовать.

Я вижу огромный потенциал не только в понятных сферах IT и высоких технологий. Мы могли бы стать замечательным сервисным узлом, предоставляя возможности и вкусно поесть, и удобно жить, а также медицинские услуги.