Мнения

Выйти в люди

Украина опасна. В Колумбии — насилие. В США — скандалы и Трамп. Это все ярлыки, которые мы так любим навешивать на разные страны. Но что если их снять?

Украина опасна. В Колумбии — насилие. В США — скандалы и Трамп. Это все ярлыки, которые мы так любим навешивать на разные страны. Но что если их снять?

    

   

Питер Сантенелло,
американский предприниматель

   

Мы нередко вешаем простые и понятные ярлыки на разные страны, исходя из их политики или ключевых событий, которые там происходят. Ярлыки становятся популярными, приклеиваются и массово используются теми, кто не хочет тратить время на то, чтобы разобраться и понять, каково это государство на самом деле.

Так, жители Саудовской Аравии все до единого террористы, Украина — опасна, потому что там идет война, а Колумбия охвачена насилием, связанным с наркоторговлей. И это лишь немногие из общепринятых стереотипов.

Нам свойственно делить все на категории. В примитивные эпохи, когда мы жили обособленными племенами, ярлыки использовались, чтобы удостовериться, не представляет ли что‑нибудь угрозу. Все делилось на черное и белое.

В 2019 году нам по‑прежнему нравится заярлычивать такие непростые вещи, как страны и культуры, даже несмотря на то, что сегодня мы объединены больше, чем когда‑либо, благодаря технологиям и возможности легко путешествовать по всему миру. Нам нравится мысленно организовывать и упорядочивать их, поскольку глубокое погружение в такие сложные структуры, как государства, требует усилий. Если кто‑то хочет по‑настоящему понять Украину, ему придется проделать полноценную работу.

Большая часть мира судит о тех или иных странах по их политическому курсу, даже не так — по тому, что показывают в новостях. Американцы заняты своими делами, и им некогда разбираться, что происходит в Украине. Украинцам некогда пытаться понять Колумбию. И так далее.

Политический нарратив ложится в основу телесюжетов, и новостные выпуски распространяют это послание, базирующееся в основном на страхе. Большинство американцев считают Украину опасным местом, большинство украинцев считают Колумбию опасным местом. Все считают очень опасным Иран.

Проблема такого подхода в том, что он зачастую ошибочен. Руководство США не обязательно представляет меня или мои ценности. Последнее, чего бы мне хотелось, чтобы глядя на Дональда Трампа, кто‑то думал, будто у меня такие же ценности просто потому, что я тоже американец.

Нами часто манипулируют
с помощью новостей

Сейчас, когда Украину возглавляет более популярный президент, возможно, многие готовы идентифицировать себя с ним. Но проб­лема в том, что он — политик, и кто знает, в каком направлении будут развиваться события. Сегодня он может представлять ценности большинства, а завтра все изменится. Но никто ведь не хочет, чтобы на него навешивали ярлык из‑за политика, с которым он не согласен.

Я только что вернулся из Саудовской Аравии. Это страна с ужасным ярлыком. Теракты 11 сентября 2001 года, радикальный ислам и катастрофическая ситуация с правами человека — я, как американец, глядя на все это, могу легко сделать вывод об этой стране.

Но, к моему удивлению, от посещения Саудовской Аравии остались наилучшие впечатления. Люди были дружелюбными и гостеприимными. Среди них никому из тех, кто в здравом уме, не нравится радикальный ислам. Страной управляет очень жесткий авторитарный режим, но разве народ виноват в этом?

Особенно в автократической монархии, где ни у кого нет возможности проголосовать за другое правительство. Очень несправедливо связывать с политикой Саудовской Аравии 21‑летнюю студентку медицинского факультета, которая любит путешествовать и проводить время с друзьями. Нечестно и невежественно навешивать на нее ярлык из‑за политики страны.

Интересно, что жители стран Ближнего Востока зачастую проводят четкое разграничение между народом и политиками. Большинство иранцев очень позитивно настроены по отношению к американцам и крайне негативно по отношению к политике США. В свое время, находясь там, я был окружен исключительно радушием.

Чем больше я путешествую по миру, бывая в самых отдаленных его уголках, тем отчетливее вижу одну простую истину: люди в основном хорошие, при этом повсюду есть воинственно настроенные личности, которым нужно любой ценой выместить свою боль с помощью насилия. Я не верю, что мир во всем мире возможен, но верю, что возможно лучшее понимание мира.

А еще есть ярые националисты, которые свысока смотрят на все остальные страны. Ирония в том, что на самом деле решающую роль в их случае играет не национальность, а тип личности. Вырастите такого человека в Китае, и он будет говорить по‑китайски и утверждать, что Китай — лучше всех. Воспитайте его в США, и он будет заявлять то же самое об Америке. Я не против патриотизма, это нормально — чувствовать связь с тем местом, откуда вы родом, и гордиться им. Но национализм считаю проявлением инфантильности и эгоцентризма — нелепо думать, что вы лучше кого‑то, лишь на основании того, где вы родились.

Никто не выбирает, где ему родиться. Правительства творят безобразные вещи по всему миру. Большей частью человечества манипулируют с помощью новостей. Мир станет лучше, если мы будем судить о нем по людям, а не по тем зачастую жестко критикуемым политическим структурам, которые им управляют.