Страна

Скрытая правда закрытого города

Луганский городок Золотое несколько лет жил на войне, а теперь может стать частью “серой” зоны

Луганский городок Золотое несколько лет жил на войне, находясь на линии огня. Теперь он может стать частью “серой” зоны, ведь официальный Киев согласился провести здесь так называемое разведение сил

 

Екатерина Шаповал

 

 

 

В последний раз обитатели поселка Золотое-4 в Луганской области, который находится на участке разграничения сторон — попросту говоря, на линии фронта, — видели полицейских несколько лет назад. А тут в начале октября прямо в центре, возле обшарпанного одноэтажного здания с выбитыми окнами остановились сразу три машины правоохранителей. Высыпавшие из них вооруженные люди стояли насупленные, недобро оглядывая окружающие сельские пейзажи. Да что полиция — сюда с недавних пор начали доезжать давно не виданные местными кареты скорой помощи.

Подобное внимание поселку досталось по воле президента Владимира Зеленского: 1 октября официальный Киев подписал в Минске соглашение о разведении противоборствующих сил на двух участках фронта — в донецком Петровском и в луганском Золотом.

С тех пор на эти два поселка свалилось бремя славы и частых упоминаний в новостях национальных медиа. Здесь украинские военные и боевики “Л/ДНР” должны отойти на 1 км друг от друга, чтобы избежать непосредственных столкновений и огневых контактов. Ни там, ни там дальше заявлений дело не пошло.

Да и сама по себе идея разведения пока сработала лишь однажды: в последних числах июня мониторинговая миссия ОБСЕ заявила, что в Станице Луганской ВСУ и боевики все же сумели разойтись подальше.

Следующим пунктом “умиротворения” должно было стать Золотое, которое теперь в официальных сводках обозначают как “участок разведения № 2”. Но чуда не случилось: боевики не форсируют отход, зато принялись обстреливать украинские позиции. А для успешного разведения необходимо как минимум семь дней тишины.

В начале октября в Золотое прибыл основатель полка Азов и лидер Нацкорпуса Андрей Билецкий. Убедившись, что противник не намерен успокаиваться, он позвал сюда соратников, чтобы с их помощью предотвратить сдачу украинских позиций. Пока колонна азовцев и их соратников двигалась из центра страны в Золотое, на блокпостах ее несколько раз пытались задержать полицейские.

Если разведение пойдет по плану, то, по данным Нацполиции, в “серой” зоне между позициями обеих сторон останется 122 дома. И многие их обитатели совсем не горят желанием оказаться меж двух огней, уверенные, что эти места тут же приберут к рукам боевики “ЛНР”.

photo_2

ВСЕ РЯДОМ: Константин Реуцкий из Востока SOS показывает на Золотое-4. Чуть левее за его спиной уже начинается территория, контролируемая "ЛНР"

Разделенный городок

Тихой осенью и в отсутствие обстрелов Золотое действительно выглядит золотым — многочисленные домики частного сектора прячутся в долинах среди желтеющей и краснеющей листвы садов. Над всем этим возвышается террикон, отсвечивающий на солнце желтым, черным и красноватым, — наверное, в отработанной породе есть железо.

До войны в Золотом насчитывалось 14,2 тыс. жителей. Сейчас их меньше, но сколько точно — неизвестно. Для подобной неопределенности есть несколько причин.

Во-первых, фронт разделил город. Он и так состоял из шести поселков, возникших вокруг местных шахт. А из‑за войны один из них — Золотое-5 — оказался на подконтрольной “ЛНР” территории.

Кроме того, поселки разделяют дороги, вернее их полное отсутствие: от ближайшего к Золотому крупного города, Лисичанска, ведет хоть и крайне разбитый, но все же асфальтированный путь. А на месте он превращается почти исключительно в грунтовые улицы и грунтовые же проезды. “Еще повезло, что сейчас дорога сухая, — усмехаясь, сообщает трясущаяся в машине с журналистами НВ местная активистка Марина Данилкина. — Когда идут дожди, здесь вообще не проехать”.

Эта весьма энергичная женщина средних лет — неформальный лидер проукраинского движения в Золотом-4. Она выступает резко против того, чтобы оттуда выходила украинская армия. Она уверена: после отхода ВСУ со своих позиций в ее родной поселок будут свободно заходить боевики с неподконтрольных территорий.

На посвященном разведению сил собрании местных жителей, которое прошло за неделю до появления здесь НВ, Данилкина, по ее словам, кричала “до последнего”. Как поясняет теперь, пыталась доказать прибывшим высоким гостям — министру обороны, начальнику генштаба и главам Луганской и Донецкой администраций, — что отступать нельзя.

Данилкину вспоминал во время своего недавнего 14‑часового пресс-марафона сам Зеленский: президент рассказал прессе, что почти все местные были за разведение, а “женщину, которая была против” свозили в Станицу Луганскую показать, насколько спокойным и красивым выглядит участок, где военные уже отошли на 1 км вглубь. И та, мол, перестала бунтовать.

Было дело, признает Данилкина, летала. Но на самом деле переубедить ее не смогли. “Золотое — далеко не Станица Луганская, — объясняет она свою позицию. — У нас здесь линия фронта очень близко: и в 500 м и даже в 100 м от домов”. И если украинские военные отойдут, эти строения окажутся беззащитными.

А в соседнем с Золотым селе Катериновка, которое также стало частью “участка разведения № 2”, линия разграничения просматривается с огородов частного сектора. Живущие там люди рассказали НВ, что своими глазами видят, как укрепляется противник. “В прошлом году два блиндажа у них было, этой весной — уже пять”, — говорит Валентина, у которой в Катериновке дом. Как и почти все местные, называть свою фамилию в разговоре она отказывается: осторожность по нынешним временам, когда боевики могут вот-вот оказаться рядом, совсем не лишняя.

Но областные власти все равно не оставляют попыток переубедить людей в необходимости разведения: они даже организовали для населения потенциальной “серой” зоны экскурсионные автобусные туры в Станицу Луганскую.

photo_3

ЖЕЛТО-ГОЛУБОЕ СЕРДЦЕ: Марина Данилкина, проукраинский активист из Золотого, не хочет, чтобы отсюда уходили украинские военные

Без света

Местные власти — это еще одна причина того, почему разделенное на отдельные поселки Золотое почти не ощущает на себе влияния “большой” Украины. Несколько лет прифронтовой город жил вообще без руководителя: избранный еще при Викторе Януковиче мэр в 2014‑м сбежал после организованного им же сепаратистского референдума. Следующая власть — украинская военно-гражданская администрация (ВГА) — заработала в Золотом только в мае 2018‑го. До этого многие вопросы, в том числе и по восстановлению разрушенных зданий, в городе невозможно было решить.

В итоге весь прошлый год город прожил на мизерный бюджет. Причем открытые тендеры тут, как правило, не проводятся. Самой крупной муниципальной финансовой операцией последних двух лет стало приобретение за 1,1 млн грн усадьбы для семейного детского дома четы Печеных, которая воспитывает одного родного и пятерых приемных ребят.

“Золотому с властью не повезло больше, чем многим прифронтовым населенным пунктам”, — разводит руками Константин Реуцкий, координатор организации Восток SOS. Эта структура с 2014‑го помогает переселенцам и жителям прифронтовых населенных пунктов и организовала нынешний выезд журналистов на “участок разведения № 2”.

Печеные в свой дом так и не въехали: он до сих пор находится в нежилом состоянии и ремонтируется. Поэтому со старшими представителями семейства — Юрием и Светланой — НВ общался в помещении местной протестантской церкви, прихожанами которой они являются. Церковь в Золотом — один из немногих местных очагов культуры: в городе нет даже библиотеки. В этом же здании размещается и ВГА.

Но разговор с Печеными происходит в вечернем полумраке: местная администрация, едва появившись, взялась через суд выселять протестантов из помещения за неуплату аренды. А пока церкви, которая уже четыре года оказывает гуманитарную помощь жителям прифронтовой зоны, отключили электричество.

Печеные не верят, что сепаратисты будут соблюдать договоренности и не зайдут на территорию Золотого. Даже в “режиме тишины” с неподконтрольной территории постоянно тревожат город: в октябре боевики практически ежедневно стреляли в сторону мирных домов из противотанковых гранатометов.

При этом формально представители “ЛНР” демонстрируют готовность к разведению войск: дважды со стороны неподконтрольной территории они выпускали белые сигнальные ракеты, свидетельствующие о готовности к началу отвода сил.

Впрочем, наличие этих сигналов — почти легенда: их видела мониторинговая миссия ОБСЕ и в них верит российский президент Владимир Путин. Но никто из местных сигнальных ракет не замечал.

“Каждый день я слышу “сигнальную” стрельбу и “сигнальные” взрывы”, — иронизирует по этому поводу Юрий Капля, ветеран АТО, который координирует в Золотом работу всеукраинской акции Нет капитуляции! Ее участники выступают против нынешних миротворческих инициатив Зеленского, которые, по их мнению, ведут к сдаче интересов страны.

photo_4

ПЕРСОНАЛЬНОЕ БОМБО­УБЕЖИЩЕ: Один из жителей Золотого-4 показывает подвал, куда они с женой прячутся во время обстрелов

В режиме неопределенности

От самого центра Золотого-4 до ближайшей к линии разграничения окраины прямо по улице течет довольно полноводный ручей. Идущий вдоль него немолодой местный житель Евгений с невеселой улыбкой объясняет: это прорвало местный водопровод.

Далее он с неохотой рассказывает, что уже на пенсии. А до этого всю свою рабочую жизнь трудился на местной шахте Родина, которая сейчас закрылась. Евгений живет в одном из домов, от которых до передовой — едва ли полтора километра. Недавно за свой счет перекрывал крышу, разрушенную прилетевшей с той стороны 82‑миллиметровой миной — этот калибр Минскими соглашениями не запрещен.

Пенсионер, по его словам, поддерживает любые действия, способные изменить нынешнее положение дел в Золотом. В том числе и разведение войск. “Может быть, будут тут сепаратисты. А, может, и не будут, — рассуждает он. — Не разрезавши плода, ты его не попробуешь”.

Евгений рассказывает, что власть забросила поселок. А уголь, который раньше выдавали шахтерам-пенсионерам каждую зиму, сейчас поставляет только международный Красный Крест. Правда, снабжает гуманитарная организация людей не самим топливом, а деньгами на его покупку. “И, представляете, наши спекулянты как узнают, что будет [транш] Красный Крест, сразу же задирают цены на уголь”, — возмущается пенсионер. За этой беседой НВ добирается почти до окраины. И здесь знакомится с Катериной Петровной, соседкой Евгения.

“А хто его знает, чи хуже буде, чи лучче”, — пожимает та плечами в ответ на вопрос о разведении. В беседе пожилая женщина то и дело перескакивает с русского на украинский и обратно. Ее дом — последнее здание на улице. “Як сильно стреляют, так в подвал идешь, а не сильно — в уголочке станешь и ждешь. Хоть бы помогли нам, щоб не стріляли”, — говорит она. И тут же спрашивает: а правда ли, что Нацкорпус, который приехал в Золотое, будет отбирать у местных жилье? Мол, так люди говорят.

photo_5

ПРИЕХАЛИ ЗАЩИЩАТЬ: Ветеран АТО Юрий Кап­ля коор­динирует в Золотом работу штаба всеукраинской акции Нет капитуляции!

Сплошная неизвестность

Формально военные подразделения должны отойти от своих нынешних позиций на 1 км. Но на самом деле расстояние будет гораздо большим: на некоторых участках фронта оно может достигать 5–6 км. В этом просто уверен ветеран Капля.

“Мы [украинская армия] сейчас находимся на выгодных позициях. Нам нужно будет обустроить новые, перейти на них и надеяться, что та сторона не займет оставленное нами”, — поясняет он, сидя в местном кафе Багира. Здесь кованый забор и плетеные кресла во дворе, а гречку подают, выкладывая ее на тарелку в виде куба.

Кроме десятка человек — журналистов и представителей штаба акции Нет капитуляции! — в кафе никого нет. Барменша объясняет, что выполнить заказ НВ — кофе с молоком — она не может. Потому что, мол, посетителей сегодня слишком много и закупленного заранее молока на всех не хватило.

Под аккомпанемент этих оправданий Капля разъясняет, что сейчас его соратники, среди которые превалируют ветераны Азова, живут в домах, которые им выделила местная администрация. Пока что все эти люди, мол, заняты гуманитарной помощью военным и местным. Но если ситуация изменится, миссия моментально перестанет быть гуманитарной, уверяет Капля. Потому что сотня приехавших по зову Билецкого активистов имеет боевой опыт и всегда может его использовать.

Пока азовцы обживаются в городе, украинские военные на выезде из Золотого-4 принялись расчищать закрытую ранее дорогу на лежащий в нескольких километрах к югу город Первомайск, который контролирует уже “ЛНР”. Зачем? Местным жителям этого не пояснили.

15 октября, уже после возвращения НВ в Киев, в Офисе президента Зеленского официально заявили: из‑за обстрелов со стороны боевиков процесс разведения в Золотом отложили. Пока — на неделю.

photo_1

НА ПОСТУ: Украинский военный пока еще стоит на блокпосту на окраине поселка Золотое-4. ВСУ вскоре могут покинуть эти места и отойти глубже в тыл