Люди

Придется платить

Андрей Пышный — о том, как Ощадбанк выиграл у России иск на $ 1,3 млрд
Это материал Электронной версии журнала Новое Время, открытый для ознакомления. Чтобы прочитать закрытые статьи – оформите подписку.

Андрей Пышный, глава Ощадбанка, одного из крупнейших финансовых учреждений страны, рассказывает о том, как его структура выиграла у России иск на $1,3 млрд, и отвечает на несколько острых вопросов по украинскому финансовому рынку

 

Валерий Калныш

 

 

В противостоянии рос­сийской агрессии многие средства хороши, но судебные иски — лучше прочих. С этим те­зисом согласен нынешний глава правления Ощадбанка Украины Андрей Пышный. Именно его команде в ноябре этого года удалось добиться судебного решения о компенсации в $1,3 млрд. Столько плюс растущие штрафные проценты обязана выплатить Россия украинскому государственному банку за так на­­зываемую национализацию оккупационными властями имущества Ощадбанка в Крыму.

Безусловной победой 44‑летний Пышный явно гордится, но и останавливаться на этом не собирается. Став главой Ощадбанка в марте 2014 года, он взялся за реформу неповоротливого государственного гиганта. Под его руководством банк действительно меняется. Финансисты отмечают, что количество проблемных кредитов после реструктуризации сократилось в разы, а обыватели радуются тому, что постепенно советские сберкассы превращаются в светлые банковские офисы.

Впрочем, Пышный готов идти дальше. В интервью Радио НВ он не только делится рецептом того, как забрать у России свой миллиард, но и рассказывает о стратегии развития Ощадбанка до 2022 года, обещая ему лидерство на украинском финансовом рынке.

— В ноябре Международный коммерческий арбитраж согласился с доводами Ощадбанка, присудив вам $ 1,3 млрд компенсации от России за потери инвестиций банка в Крыму. Плюс еще была сумма штрафных процентов, которая возложена на РФ за просрочку возмещения этих денег, — это около $100 тыс. в день. Как удалось победить Россию?

— Точнее $97 тыс. в день. Если брать с момента, когда было вынесено судебное решение, до сегодняшнего дня, уже начислено $5 млн — немаленькие деньги. Это был сложный процесс, длившийся более четырех лет. С первого дня, как я пришел на должность, сразу получил кризис в АР Крым. Мы столкнулись с откровенным грабежом нашей собственности. Была ситуация, когда в один день отделения Ощадбанка превратились в отделения банка РНКБ с нашими же сотрудниками, нашей техникой, нашими помещениями — просто в другой банк. И тогда было принято решение, которое позволило случиться историческому решению Арбитражного суда: мы начали все документировать. Начиная от телефонных разговоров с нашими крымскими сотрудниками, заканчивая отдельным учетом документов. Видеозаписи, расшифровки, стенограммы, скриншоты из Facebook, сайтов — все документировалось. Когда юридические советники начали свою работу, мы им всю эту доказательную базу показали. Они не поверили своим глазам, говорят: “Как такое возможно?”. Ну вот так — мы готовились и ждали такого процесса. И первую претензию мы предъявили россиянам еще летом 2015 года.

— В сумму убытков заложена не только потеря активов?

— Еще стоимость помещений, техники, кредиты и даже будущие прибыли, которые банк мог бы получить за четыре года, если бы владел собственностью в Автономной Республике Крым.

— В Ощадбанке был солидный кредитный портфель, что случилось с этими кредитами? После возвращения Крыма готовы ли вы предъявить претензии по этим счетам, требовать возврата кредитов, или вы их простили тем, кто вам не платит?

— Мы полностью потеряли контроль над всеми активами в АР Крым. И наличные, и то, что было в хранилищах, и кредиты — все экспроприировано так называемыми властями Крыма и подконтрольными им банковскими структурами. Все эти убытки мы подтвердили, и нам должны их компенсировать. Главное — мы подтвердили юрисдикцию Международного коммерческого трибунала рассматривать наши спорные отношения. Это важно, поскольку его решение подлежит исполнению в соответствии с Нью-Йоркской конвен­цией по исполнению решений международных коммерческих судов. А это 154 юрисдикции в мире — именно столько стран подписали и ратифицировали Нью-Йоркскую конвенцию. Это означает, что решение суда, вынесенное в пользу Ощадбанка, о взыскании с РФ $1,3 млрд может быть выполнено в 154 странах мира: везде, где есть собственность РФ, не защищенная дипломатическим иммунитетом, а в некоторых случаях возможно взыскание и защищенной.

— Как российская власть восприняла этот проигрыш?

— Юридически, в соответствии с регламентом арбитражного суда, решение является окончательным и не подлежит апелляционному обжалованию. Однако решение может быть обжаловано в процессе отдельного судебного иска, который подается в местные суды Франции, так как именно во Франции проходило рассмотрение этого спора. Но такие иски будут носить исключительно процедурный характер, или юрисдикционный, то есть рассмотрения дела, по сути, уже не будет. Безусловно, россияне попытаются воспользоваться этим, и надо быть готовыми.

 

раст1

В ФИНАНСАХ ВСЕ СПОКОЙНО: Андрей Пышный утверждает, что к концу 2019 года курс гривни будет стабильным, не выше 30 грн/$1

— Это важный нюанс, потому что сейчас мы озвучили сумму $1,3 млрд, и у некоторых мог возникнуть вопрос: “А где же эти деньги, где эти $1,3 млрд? Мы их еще не получили?”

— Как сказал кто‑то из тех, кто комментировал эту ситуацию, “та­лоны на галоши — еще НЕ галоши”. Я говорю: “Попробуйте для начала получить любые галоши без этого талона”.

— Вы себе начислили премии за победу в арбитраже?

— Нет, не начислили.

— Почему?

— Не предусмотрено. Мы бы хотели получить бонусы, но понимаем, что предстоит длительная и сложная процедура обращения и взыскания компенсации с РФ. Правильно будет говорить о каких‑то дополнительных материальных бонусах исходя из фактически полученной компенсации. Чтобы ее приблизить, еще нужно поработать.

В ближайшее время кредиты точно не станут дешевлеРоссию можно и нужно побеждать, но это очень сложный процесс. Нельзя недооценивать такого оппонента. Надо подавать иски, готовиться, добиваться справедливости — и наш пример, как и пример НАК Нафтогаз [одержал победу над Газпромом, по решению Стокгольмского арбитража Россия должна выплатить Украине $ 2,5 млрд], это доказали. Но здесь важны различия: НАК Нафтогаз судился с компанией Газпром, а государственный Ощадбанк (именно он, не Украина) судился с РФ как с государством. Нас признали так называемым квалифицированным инвестором, мы действовали в своих интересах, а не в интересах государства Украина. Это принципиальный момент, так как именно эта часть и подлежала отдельному рассмотрению с точки зрения юрисдикции.

— По прогнозам, доллар к концу 2019 года будет стоить 29 грн 40 коп. Это реаль­ный курс или вы видите ка­кие‑то угрозы для финансовой стабильности Украины?

— Думаю, он таким и будет исходя из тех прогнозов, которые уже озвучили все: и Министерство финансов, и Министерство экономики, и МВФ, и НБУ. По итогам года мы также не ожидаем, что средний курс превысит 30 грн.

На конец этого года пришлись значительные выплаты, в том числе социальных пенсий, и значительное повышение уровня заработной платы. Все это оказывает давление на макропоказатели. И НБУ с этой задачей справился. Другая сторона медали — подорожание стоимости кредитного ресурса. Мы все ожидали, что 2018‑й будет годом оживления кредитования, но стоимость кредитного ресурса и жесткая монетарная политика не создавали благоприятных оснований для этого.

— А как вы сейчас оцениваете рынок ипотеки? Берут ли люди кредиты под покупку жилья? Под какие проценты? Есть ли перспектива того, что эти проценты могут уменьшиться?

— В ближайшее время кредиты точно не станут дешевле, так как стоимость учетной ставки все еще на уровне 18% и перспектив ее снижения я не вижу. Но это не значит, что нет спроса на кредиты. На примере Ощадбанка могу сказать, что в январе 2018 года мы занимали 3% рынка ипотечного и автокредитования, в январе 2019‑го — уже 16% рынка.

— Вы для себя решили, за кого голосовать?

— Смотрю, внимательно читаю, слушаю.

— Когда вы видите экономические стратегии кандидатов в президенты, что вы о них думаете? Например, если говорить о банках, то лидер Батькивщины Юлия Тимошенко хочет ввести программу микрокредитования малых предприятий. И она заверила, что, если станет президентом, кредит будет предоставляться под специальное страхование без залога и только под 3% годовых.

— Сейчас, на пике избирательной кампании, когда все хотят понравиться, оценивать экономические программы, не благодарное дело. Я скорее технократ. Я понимаю, как работают все эти внутренние механизмы.

Невозможно предоставлять кредит под 3% — надо понимать, откуда эти 3% возьмутся. Когда учетная ставка 18%, когда инфляция двухзначная, когда у нас огромное количество обязательств, мы должны не заявления делать, а сконцентрироваться на домашнем задании.

В кризисные 2008–2009 годы Украина потеряла больше всех стран Европы — 15% ВВП. Это произошло потому, что украинская экономика была глубоко сырьевой, уровень переработки был минимальным. Сама структура экономики предусматривала, что мы уязвимы для внешних глобальных воздействий. Нам нужно сейчас сосредоточиться на нескольких принципиальных вещах: инфраструктура и судебная реформа, потому что это именно то, что должно обеспечить достаточный инвестиционный климат.

— В этом году истекает действие вашего контракта на посту председателя правления Ощадбанка. Вы планируете продолжать возглавлять этот банк или думаете уйти?

— Не знаю. Думаю, это будет разговор с новым составом наблюдательного совета. У меня есть пяти­летняя стратегия до 2022 года — большая амбициозная стратегия лидерства Ощадбанка. Она уже вторая. Первую мы реализовали на 90%. Поэтому будем беседовать и анализировать. Не с Кабинетом министров, не с президентом, не с комитетом Верховной рады. Это будет профессиональная, прагматичная беседа с наблюдательным советом, независимым органом управления банком, как и должно быть. 

Интервью с Андреем Пышным прозвучало в эфире радио НВ 18 января. Его полную версию можно найти на сайте nv.ua