Люди

Драма и комедия

Звезда советского кино Ада Роговцева рассказывает о своей жизни, вспоминает знаменитостей, с которыми была на короткой ноге, и раскрывает личные пристрастия и принципы
Это материал Электронной версии журнала Новое Время, открытый для ознакомления. Чтобы прочитать закрытые статьи – оформите подписку.

 Звезда советского кино Ада Роговцева рассказывает о своей жизни, вспоминает знаменитостей, с которыми была на короткой ноге, и раскрывает личные пристрастия и принципы

        

Алексей Тарасов

  

  

Ада Роговцева, легенда украинской театральной сцены и кинозвезда, интервью дает в исключительных случаях. То есть почти никогда. Однако на Одесском международном кинофестивале (ОМКФ), где 81‑летняя Роговцева — приглашенная звезда, она делает для НВ исключение.

Вечный зов, Овод, Салют, Мария!, Варшавская мелодия — сегодняшнему массовому зрителю ничего не скажут названия фильмов и спектаклей, в которых актриса блистала несколько десятилетий назад. Тем не менее в своем достойном возрасте она и сегодня не покидает сцены, вызывая восторг зала и преклонение коллег.

И это еще не все: одной из первых Роговцева отправилась на прифронтовые территории и с тех пор, по ее собственному признанию, почти не выходит из автобуса, который возит группу актеров-энтузиастов со спектаклями по городам у линии разграничения.

Собирая средства на военные госпитали и лечение раненых, Роговцева вызвала неприятие и непонимание у большинства своих прежних российских коллег и почитателей. В нынешней России против нее возбуждено уголовное дело, а сама актриса объявлена персоной нон грата.

“Старая собака к вам пришла”,— улыбается Роговцева, совсем не по‑звездному появляясь на пороге павильона НВ на ОМКФ. Впрочем, уже через мгновение шутки отброшены в сторону, она уже совершенно серьезна и погружена в воспоминания.

Мне в советское время жилось легче, чем другим. Я все время была за рубежом, меня брали в делегации. Но у меня никогда ничего не было. Как‑то мы были с Люсечкой Гурченко [советская кинозвезда] в Польше, я покупала вещи мужу, отцу, всем-всем. А она мне говорит: ты что, с ума сошла? Это же ты артистка, а не они. Себе покупай. Люсечка не могла понять, что это она актриса, а я — сестра, мама, баба.

Сергей Параджанов [культовый кинорежиссер второй половины ХХ века] однажды сказал: ну, Ада — артистка Киевского гарнизона. То есть солдаты меня любят. А я и правда человек простой.

Помню когда‑то давно, в 70‑х годах, летели мы с Кубы в Москву. На Кубе температура воздуха +40°С, а в Москве –40°С. На мне была такая худенькая телогреечка, а самолет встречала [актриса] Людмила Максакова, она была в длинной дубленке и в руках держала такую же для своего мужа, актера Васильева. И на ее глазах подбегает ко мне какой‑то пьяница, страшненький. Обнимает меня, целует. Как раз на экранах шел фильм Вечный зов, и он, по‑видимому, был в меня влюблен.

Максакова на меня сверху вниз смотрит и говорит: Ада, что это такое? А я ей отвечаю: отвяжись, это мой контингент.

И сейчас вот на Одесский кинофестиваль ехала, захотела пончик купить на Киевском вокзале, а мне продавщица говорит: боже, какое счастье! Знаете, чем вы мне нравитесь? Вы играете как не-актриса!

Помню, моя бабушка пришла в ужас, когда узнала, что я буду артисткой, а не журналисткой. Я должна была идти на журналистику, все к этому шло. И вдруг в 1955 году вместо университета выбираю театральный институт — это же ниже плинтуса!

Актерство — профессия неженская. И я, родившись солнечным зайчиком, совершенно незлобным, получала по мере обретения профессии другие черты характера, какую‑то жесткость, закрытость. Опасная профессия. Опасная тем, что легко обольститься на свой счет, задирать нос, впасть в черную зависть.

Мы всегда были инакомыслящие, просто это было на кухне. Моя дочка Катя [Екатерина Степанкова, актриса] выучила гимн Украины, знала его с четырехлетнего возраста, выучила его под столом. А за столом Иван Мыколайчук [культовый украинский актер 1960–1980‑х] со Степанковым [Кость Степанков, знаменитый украинский актер и кинорежиссер] пели его шепотом. И вот всегда это было в нас, шепотом мы всегда были националистами, шепотом — антикоммунистами, мы всегда были диссидентами. И это наш грех.

Потому что в полный голос были [диссиденты-шестидесятники] Василий Стус, Алла Горская, Иван Дзюба, Степан Хмара. А мы — в стороне, и это грех. Его нужно искупить, и я стараюсь.

Так сложилась моя жизнь, что я не имела выбора, должна была делать работу и делала ее. Я похоронила сына и с тех пор очень плохо сплю. Могу заснуть в полночь, а в три утра проснуться. Так у меня появляется время учить роль или готовиться к поездке. Мы сейчас много ездим по Украине.

Талантливого человека, студента, актера всегда видно. Как‑то подошел ко мне молодой совсем Алеша Горбунов [теперь известный актер]. Он работал у нас рабочим сцены. “Послушайте меня!” — говорит. А мне все не хочется. Наконец он меня заставил, повел в зал после спектакля и стал читать. Ровно через три минуты я сказала: все. И отдала его Костю Петровичу Степанкову, своему мужу, на курс и сказала: к тебе радость пришла, понимаешь?

В таланте есть много компонентов: там есть настойчивость, упорство, трудолюбие. Я тогда Горбунову говорю: как ты пойдешь на украинский курс, ты же ни бум-бум по‑украински! А он говорит: а вы мне напишите, как в английском, транскрипцию. Я ему говорю: ты с ума сошел? Как же можно басню, стихотворение, отрывок из прозы так написать?

Но я ему написала, он пришел через три дня и все прочел чисто по‑украински. Это говорит об одержимости, о том, что если ты выбрал актерство, то никуда больше не пойдешь.

Вот я читаю Вишневый сад студентам, мы хохочем, умираем, потому что пьеса очень смешная. А у нас в театре никогда комедии не получаются. Читаем и дети, и я, восторг, все они меня прямо носят на руках. Вечерком же я играю это дело в театре, говорю: приходите, посмотрите. На утро спрашиваю: ну что? А они отвечают: лучше читайте.

Я за утонченность, вкус, благородство, честь. Это главные черты, которые необходимо в себе культивировать. Если оно в тебе есть — ничего тебя не зацепит.

Слово интеллигент на какой‑то из языков переводится как человек сомневающийся. Я стараюсь быть интеллигентом.

 

Интервью с Адой Роговцевой прозвучало
в эфире Радио НВ 18 июля, его полную версию можно найти на сайте nv.ua