Мир

Строители капитализма

Иностранные инвестиции на рынок жилой недвижимости спасли Латвию от разорения. Теперь эти же инвесторы грозят ее погубить

Оригинальное решение по привлечению иностранных инвестиций на рынок жилой недвижимости спасло Латвию от разорения. Теперь эти же инвесторы грозят ее погубить. Чтобы этого не случилось, Рига ужесточает иммиграционное законодательство

 

Екатерина Иванова

  

 

Девять лет назад латвийская экономика ушла в крутое пике. ВВП за год сжался на 18%. Это наихудший показатель в мире. И тогда правительство нашло один из возможных выходов. Иностранцам, проживающим за пределами Европейского союза, предложили получить временный вид на жительство в Латвии в обмен на инвестиции в местную экономику.

Вариантов было несколько: вклад в банке, развитие бизнеса, покупка недвижимости. Самым интересным большинству показался последний вариант. На первом этапе достаточно было иметь € 75 тыс., чтобы приобрести жилье в глубинке. Зарубежному инвестору власти предоставляли вид на жительство (ВНЖ).

Для тех, кто хотел обзавестись жильем в Риге и окрестностях, нужно было иметь от € 143 тыс. Вскоре порог входа стал стремительно расти. Но предложение было из разряда тех, от которых невозможно отказаться. За семь лет действия программы (с 2010 по 2017 год) в Латвии Управление по делам гражданства и миграции выдало свыше 17 тыс. ВНЖ.

Алдис Риекстиньш, член правления крупнейшего латвийского агентства недвижимости LATIO, приводит для НВ статистику сделок своего агентства. В начале программы каждая вторая сделка на рынке столичной недвижимости заключалась с нерезидентами. Теперь — каждая пятая. У такого падения есть экономические, а главное — геополитические причины.

Деньги пахнут

Еще в 2010 году европейские аналитики причисляли Латвию к пулу наиболее пострадавших от финансового кризиса стран. В 2012‑м она продемонстрировала самый высокий квартальный и годовой экономический рост среди стран ЕС. В том числе и благодаря инвесторским ВНЖ. Суммарно за этот период они обогатили национальную экономику на € 1,4 млрд. Львиная доля вложений — € 1,2 млрд — пришлась на недвижимость.

90% всех людей, приехавших в Латвию в рамках инвестиционной программы,— русскоязычные жители стран бывшего СССР, прежде всего России. С покупкой недвижимости они получали возможность убить сразу трех зайцев: получить ВНЖ в ЕС, купить домик у моря, который из дачи в случае политического или экономического форс-мажора в родной стране превращается в запасной аэродром.

Пик программы пришелся на 2014 год — заявки подали более 6 тыс. человек. И тогда Сейм заволновался и внес ряд изменений в иммиграционный закон. Они коснулись новых претендентов на “инвесторские виды на жительство”. Был установлен порог входа, дающий право на ВНЖ,— € 250 тыс.

В 2016 году депутаты нанесли еще один удар по охотникам за ВНЖ. Было принято постановление, согласно которому те, кто уже приобрел жилье в обмен на статус, должны будут уплатить по € 5 тыс. за продление ВНЖ. Принятые поправки, по подсчетам министерства экономики, должны были принести Латвии чуть более € 5 млн.

Возмущенные инвесторы пошли в контратаку. Они основали общество Новые латыши, куда вошли люди, переехавшие в Латвию из стран СНГ. После обращений к президенту и депутатам власть услышала голос “новых латышей” и предложила компромисс: от кабального взноса за продление ВНЖ освобождались все, кто переехал в Латвию по этой программе до сентября 2014 года. А это — большинство инвесторов.

Но уже спустя год правительство взяло свои слова обратно и обязало всех без исключения инвесторов внести € 5 тыс. за продление ВНЖ. Единственное послабление — платить можно не всю сумму сразу, а разбив ее на пять выплат.

Правда, в этом безвыходном положении гостям Латвии был предложен и уникальный выход. Тем, кто прожил в Латвии пять лет, достаточно сдать экзамен по латышскому языку, получить постоянный вид на жительство (ПМЖ), и тогда платить € 5 тыс. за продление ВНЖ уже не нужно. Выучить язык новой родины — для многих это предложение оказалось выше сил и желаний. Отсюда и антиправительственная активность русскоязычного населения.

В итоге интерес к программе со стороны новых инвесторов резко снизился. Если в 2014‑м виды на жительство в рамках программы составляли 53% впервые выданных в том году ВНЖ, то в 2015‑м их удельный вес снизился до 21%, в 2016‑м — до 10%, а в первом полугодии нынешнего года — до 6%.

Соответственно, и размер вложений сократился примерно в десять раз: если в первом полугодии 2014‑го их сумма составила почти € 200 млн, то за тот же период 2015‑го — чуть более € 34 млн, а за первые шесть месяцев 2017‑го — вообще слезы: около € 19 млн.

Русский бунт

Ужесточения правил для инвесторов в значительной степени были спровоцированы российской агрессией на юге и востоке Украины. То есть эти изменения совсем не случайно пришлись на 2014 год. Латыши, глядя на то, как остервенело Россия “защищает” своих на Донбассе и жесточайшим образом аннексировала Крым, стали опасаться повторения украинского сценария у себя дома.

“Во время советской оккупации Латвия уже пережила массовую иммиграцию в Россию,— говорит НВ Эдвин Шноре, депутат Сейма Латвии от правящей коалиции.— Приехало около миллиона человек, осталось — 700 тыс. Это много для страны с населением 2 млн человек. Со временем латыши стали лингвистическим меньшинством в своей столице”,— поясняет Шноре.

Мэр Риги Нил Ушаков, представитель оппозиционной Партии народного согласия, на своей странице в ФБ, напротив, назвал политику правящей коалиции “карнавалом идиотов”. По его словам, инвесторы покупали прежде всего дорогую недвижимость, ту, которую не могли себе позволить сами латыши. “Россияне не покупали 602‑ю серию в Иманте [спальный район Риги, расположенный в западной части города]",— говорит Ушаков.

Он уверен, что теперь богатых инвесторов у Латвии перехватят другие страны, предлагающие подобные программы, например, Венгрия или Финляндия. Более того, средства, полученные от ее реализации, шли на поддержку молодых семей — им государство предоставляло гарантии для первого взноса на покупку первого жилья. Министр экономики Латвии Арвил Ашераденс уже заявил, что в бюджете не хватает €6 млн на эти цели.

Но Шноре это беспокоит куда меньше, чем то, что большинство русских приехали в Латвию из России во время советской оккупации. “Опросы российских неграждан в Латгале (восточная часть Латвии) показали, что в случае войны с Россией большинство будут сражаться на стороне России против Латвии”,— говорит депутат.

По словам Шноре, приток русских иммигрантов полностью изменил традиционный этнический состав Латвии. В Риге русскоязычная группа с 10% в 1940 году увеличилась до 70% в 1989 году. К концу советской оккупации, в 1991 году, русскоязычное поселенческое сообщество стало доминирующей группой в семи крупнейших городах Латвии и составляло примерно треть всего населения Латвии. “До сих пор латыши являются лингвистическим меньшинством в своей столице”,— констатирует депутат.

Шноре вспоминает, еще в 1991 году российский мэр второго по величине города в Латвии Даугавпилс создал так называемую Инициативу Даугавпилса, которая призывала к автономии преимущественно русскоязычных районов Латвии и Эстонии. В этом он видит прямую параллель с Крымом и с Восточной Украиной. “Я мечтаю, чтобы программу закрыли”,— признается НВ Шноре.