Мнение. Революционная ситуация

Верхи и низы

Власть, умело используя войну, ставит украинцев перед непростым выбором: или смириться с ее цинизмом и жадностью, или дать волю гневу
Хотите купить эту статью?

Власть, умело используя войну, ставит украинцев перед непростым выбором: или смириться с ее цинизмом и жадностью, или дать волю гневу, рискуя при этом потерять даже ту условную независимость, которая есть сейчас

  

  

Сергей Жадан,
писатель
  

  

Революционная ситуация — вещь странная и непредсказуемая. Можно сколько угодно ожидать ее, распознавать симптомы, прогнозировать, но ее появление все равно застанет врасплох. Потом, конечно, задним умом все примутся вещать: предупреждали, мол. И аргументы действительно будут выглядеть логично и убедительно. О прошлом всегда говорят убедительно — оно не сопротивляется и не реагирует.

Так вот о революционной ситуации. Помню, как в начале ноября 2013‑го участвовал в записи программы, где как раз шла речь о вероятности массовых протестов в ближайшее время. Все понимали, что ассоциацию с ЕС президент не подпишет, евроинтеграция нам не светит, поэтому возникал вопрос: и что? Как отреагирует общество? Насколько оно революционно заряжено? Эксперты в студии единогласно твердили — никакой революционной ситуации нет, общество аморфно, оппозиция не готова, власть сильна как никогда. Потом началась революция. Фамилий экспертов я не помню.

К чему я веду? О третьем Майдане стали говорить еще во время второго. Всем понятно, что результаты украинской революции оказались призрачными и противоречивыми, если, конечно, не считать результатом перестановки в коридорах власти и смену политической риторики. Система даже не пошатнулась. Политическая активность продолжает базироваться на популизме и тотальной коррумпированности. Быстро и ненавязчиво выработалась новая общественная конъюнктура, позволившая безболезненно пройти в политикум целой куче разного калибра шарлатанов.

Общественное давление и гражданские инициативы сдерживаются войной и угрозой дальнейшей российской агрессии. Власть научилась прикрывать войной все — безынициативность, слабость и непрозрачность своих действий, нежелание меняться самим и менять страну. Война по большому счету стала удобным аргументом для политиков разных рангов и лагерей. Одни используют ее в качестве инструмента обвинения, другие — оправдания. Неожиданным образом война превратилась в рычаг политического влияния и электоральных манипуляций — она сдерживает общественное недовольство, мобилизует патриотические чувства и отвлекает от социальных проблем. Она не заканчивается, в конце концов.

У компромисса существует своя грань, за которой и начинается революционная ситуация, когда верхи не хотят, а низы не могут

Как же быть с революционной ситуацией? Понятно, что ни одна война не оправдывает цинизм и прожорливость нашей политической элиты. Понятно, что война должна вызывать желание делиться, а не воровать, необходимость защищаться от врага, а не торговать с ним, рождать стремление к единству, а не жажду манипулировать общественным сознанием. И п

Чтобы прочесть материал полностью,