Люди. Политик

Советы Железной леди

Кондолиза Райс — о том, что рост украинской экономики легко решит проблему Донбасса
Хотите купить эту статью?

— Как вы оцениваете эффект американских и европейских санкций в отношении России?

— Я думаю, санкции имели свой эффект, но гораздо важнее то, что США и Европа объединились в понимании происходящего в Украине. Я не вижу никаких причин для ослабления санкций в ближайшей перспективе, Конгресс США их даже усилил, показав, что от санкций никто не устал, и это игра вдолгую. При этом цены на нефть, на мой взгляд, создали России гораздо больше трудностей, чем санкции, но санкции демонстрируют единство целей Европы и США, что имеет больший политический эффект.

— Это правда, что Владимир Путин часто звонил вам консультироваться в начале своего первого президентства?

Кондолиза Райс, звезда мировой дипломатии и экс-госсекретарь США, снискавшая славу самого жесткого переговорщика в американском истеблишменте, утверждает, что стремительный рост украинской экономики легко решит проблему Донбасса, и вспоминает времена, когда президент России Владимир Путин надоедал ей звонками

Ольга Духнич

Имя Кондолизы Райс, дважды становившейся самой влиятельной женщиной мира по версии американского журнала Forbes, с итальянского переводится выражением “с нежностью”. Но нежность — последнее, что приходит в голову при общении с 66‑м государственным секретарем США, экс-советником американского президента по вопросам национальной безопасности, профессором политологии и экс-проректором Стэнфордского университета.

Дочь священника и учительницы музыки, родившаяся в эпоху расовой сегрегации, Райс сделала блестящую научную и политическую карьеру, став первой афроамериканкой в истории страны, достигшей таких политических высот. Жесткий переговорщик в конфликтах стран Ближнего Востока с говорящим прозвищем Железная леди, профессор политологии, долгое время изучавшая проблемы Восточной Европы, она была главным консультантом Джорджа Буша-старшего в отношениях с СССР эпохи его распада и остается одним из ведущих американских экспертов по вопросам постсоветских стран сегодня.

В Украине Райс — частый гость и сильный спикер, позволяющий себе жесткие замечания, болезненные вопросы и объективные оценки ситуации в стране.

С Райс НВ встречается в кулуарах 14‑го ежегодного форума Ялтинской европейской стратегии (YES). Здесь у одной из самых известных женщин-политиков мира довольно плотный график, однако она находит время для интервью. Сделав глоток воды, Райс приветливо улыбается, жестом приглашая к беседе.

— Размещение миротворцев ООН по всей территории оккупированной части Донбасса — самая важная дипломатическая тема недели. На ваш взгляд, если все стороны, включая Россию, договорятся об этом шаге, это нормализует ситуацию на востоке Украины?

— Говорить о размещении миротворцев ООН без четких политических рамок и широкого видения процесса, в котором это происходит, на мой взгляд, преждевременно. Гораздо важнее думать о том, в рамках какого более широкого политического формата это происходит.

Я хорошо знаю спецпредставителя США в Украине Курта Волкера, он правильный человек на нужном месте

Минский формат показал, что уже давно работает неэффективно. Сегодня США и страны Европейского союза ищут решения, которые улучшат Минские соглашения, наполнят их реальной значимостью. Я хорошо знаю спецпредставителя США в Украине Курта Волкера, он правильный человек на нужном месте. Конечно, важно искать механизмы, способные стабилизировать ситуацию, но при этом важно не потерять политических перспектив.

— После телефонного разговора с канцлером Германии Ангелой Меркель российский президент Владимир Путин внезапно согласился на более широкое представительство миротворцев ООН в зоне военных действий. Как вы думаете, какие аргументы для этого привела Меркель?

— Я не знаю, о чем они говорили, но, думаю, все участники переговоров осознают: Минск [Минские соглашения]не работает. Мы должны сделать шаг назад и понять, что является необходимыми элементами для стабильности на востоке Украины. Из опыта подобных ситуаций в других частях мира могу добавить: украинское правительство уже сегодня должно думать о том, как улучшить жизнь людей на оккупированных территориях и в зоне боевых действий для того, чтобы эти люди чувствовали себя частью украинского государства.

— В Украине до сих пор идет широкая дискуссия о Минских соглашениях и формате нормандской четверки. Многие хотели бы видеть США стороной нового переговорного процесса. Насколько это реально?

— Вполне возможно, что США станут субъектом неких будущих соглашений. Это то, над чем я работаю сейчас, но нам важно быть терпеливыми и расставить все по местам, чтобы добиться стабилизации ситуации на востоке. Я также считаю, что русские должны нести ответственность за невыполнение соглашений, которые они подписали. Потому что цена соглашениям, которые одна из сторон системно не выполняет, низкая. И я очень рада, что госсекретарь Рекс Тиллерсон также это понимает, и мы работаем над этим вопросом.

— Как вы оцениваете эффект американских и европейских санкций в отношении России?

— Я думаю, санкции имели свой эффект, но гораздо важнее то, что США и Европа объединились в понимании происходящего в Украине. Я не вижу никаких причин для ослабления санкций в ближайшей перспективе, Конгресс США их даже усилил, показав, что от санкций никто не устал, и это игра вдолгую. При этом цены на нефть, на мой взгляд, создали России гораздо больше трудностей, чем санкции, но санкции демонстрируют единство целей Европы и США, что имеет больший политический эффект.

— Это правда, что Владимир Путин часто звонил вам консультироваться в начале своего первого президентства?

Чтобы прочесть материал полностью,