Страна. Украинско-польские обострения

Волынская грызня

Благодаря местным топ-политикам и прессе украинофобия в Польше становится массовой. И ситуация лишь усугубляется

Кристина Бердинских

В середине января между официальными Киевом и Варшавой произошел локальный, но знаковый случай: СБУ вначале запретила, а затем, после активизации МИД Польши, вновь разрешила въезд в Украину Роберту Хоме, мэру польского Перемышля. Последний участвовал в антиукраинском марше перемышльских и львовских орлят — местных националистов, чем и обратил на себя внимание спецслужбы.

Это — лишь искра давно тлеющего конфликта между соседними странами, который обострился в последнее время. Его основой стало противостояние украинцев и поляков в 1943–1944 годах на территории Волыни. Именно эту тему все чаще поднимает на щит правящая в Польше партия Право и справедливость (PiS), пользуясь тем, что в Украине героизируют лидеров националистов периода Второй мировой.

Взаимоотношения Киева и Варшавы становятся все менее дружественными. И на это уже реагируют обычные поляки, среди которых нарастает украинофобия.

“Пока сложно говорить о каком‑то конфликте [в польско-украинских отношениях]. Но тенденции нехорошие, это очевидно”,— говорит Михал Потоцкий, журналист издания Dziennik Gazeta Prawna.

Мэрское дело

Показательна реакция польских СМИ на инцидент с участием мэра. Например, в воскресенье 29 января итоговый выпуск новостей на рейтинговом канале — общественном TVP — начался так: “В Украине процветает культ [лидера националистов Степана] Бандеры”. Затем на экране появился Ярослав Качиньский, глава PiS, который в свойственной для него манере, тихим и спокойным голосом, сообщил: “Президент Украины не должен сомневаться, что в Польше не согласны с ситуацией, в которой мучители и исполнители массовых убийств являются героями”. Далее сюжет TVP повернул к злоключениям мэра Перемышля. Причем об антиукраинском марше, в котором тот участвовал, журналисты даже не сказали. Суть конфликта с СБУ они описали так: “Хома говорил о Волынской резне [так события 1943–1944 годов часто называют в Польше] и хотел строить отношения с Украиной на правде”.

Исторические темы, будь то Волынская трагедия или действия УПА по отношению к полякам, всегда были проблемными в диалоге между двумя странами, напоминает украинский журналист Елена Бабакова, живущая в Польше. Однако последние 20 лет польские элиты, по ее словам, придерживались концепции: независимая Украина — это ценность сама по себе, и ее нужно как можно больше втягивать в Европу. В этом политические лидеры были даже более проукраинскими, чем польское общество.

А в период Майдана общественная и политическая поддержка Украины достигла пика. “Тогда было впечатление, что в Польше ничего другого не происходило”,— говорит Бабакова.

Доступ к статье закрыт. Чтобы прочитать статью целиком, оформите подписку. Если вы уже подписаны, или
Комментарии

Коментариев 0

1000

Правила комментирования